Меню

Советская экономика периода формирования 1917 1940 ВВП сельское хозяйство и внешняя торговля

Внешняя торговля СССР

Внешняя торговля СССР.

Монополия внешней торговли СССР. Тотчас после Октябрьской революции был поставлен на очередь вопрос об установлении государственной монополии внешней торговли, то есть передачи всего внешнего торгового оборота страны в руки государства. Декретом от 23/IV 1918 вся внешняя торговля советских республик была национализирована. Монополия внешней торговли была вызвана к жизни тем, что только в условиях монополии В. т. возможно регулировать экспорт и импорт в плановом порядке и т. о. заранее устанавливать соотношение между ними. Решающим для введения монополии внешней торговли явилось то, что без монополии внешней торговли капиталистические страны могли бы превратить советские республики в свою колонию. Они стали бы выкачивать из нее сырье и платить за него готовыми фабрикатами. Тем самым расхищались бы естественные богатства Советского Союза. Они неизбежно эксплоатировались бы хищническим путем и в то же время оплачивались бы (путем ввоза товаров) по цене ниже действительной стоимости экспортных товаров. С другой стороны, наплыв дешевых иностранных фабрикатов подорвал бы развитие промышленности Союза, что лишило бы СССР экономической самостоятельности. Положения не могло бы спасти введение даже самого высокого таможенного обложения иностранного ввоза, ибо мировые капиталистические организации могли бы прорвать таможенную стену путем специального премирования и финансирования ввоза в Союз ССР (см. Вывозные премии).

Монополия внешней торговли имеет огромное значение и для поддержания устойчивости нашей валюты. При пассивном торговом и платежном балансе (см.) стране пришлось бы отправлять за границу золото и иностранную валюту. Отлив же этих ценностей из страны понизил бы обеспечение собственной валюты, вследствие чего курс валюты мог бы понизиться (см. Бумажные деньги). Регулирование внешнеторговых операций дает возможность поддерживать курс нашей валюты. Наконец монополия В. т. дает крупные коммерческие преимущества, так как позволяет усиливать или ослаблять торговые связи с той или иной страной, влиять на мировой рынок, задерживая или, наоборот, бросая на него громадные партии экспортного товара, а также маневрировать при распределении импортных товаров.

Организация внешней торговли в СССР. Первое постановление Советского правительства от 29 декабря 1917 устанавливало строжайшую разрешительно-запретительную систему В. т., переданной в ведение Отдела В. т. Комиссариата торговли и промышленности. Действительное осуществление этого принципа начинается лишь после окончания периода блокад и интервенций. Декреты от 11/VI 1920, 17/II и 17/III 1921 положили основание организации монополии В. т., возложив на Наркомвнешторг (НКВТ) осуществление внешней торговли советских республик. С развитием новой экономической политики, НКВТ приобретает право самостоятельных заготовок для реализации их за границей. Декретом от 9 марта 1922 был утвержден таможенный тариф, и вслед затем постановлением Президиума ВЦИК от 13/III 1922 определен двойственный порядок осуществления внешней торговли Нар. ком. В. т.:

1) совершение им самим операций по экспорту и 2) выдача государственным, кооперативным и хозяйственным органам разрешений на экспортные и импортные операции.

При этом за Центросоюзом сохранено право непосредственных сделок с иностранными кооперативными организациями, однако под контролем НКВТ. В целях привлечения иностранного капитала к экспортно-импортным операциям был установлен порядок организации соответств. смешанных обществ. Таким образом в области внешней торговли непрерывно происходил переход от «монополии ведомства к монополии государства». Декреты от 16/Х 1922 и 12/IV 1923 эту идею углубили и развили. С этого времени операции по внешней торговле осуществляются:

1) коммерческими органами НКВТ, 2) подконтрольными ему гос. хозяйственными органами, 3) кооперативными организациями, 4) смешанными обществами.

Имея в виду особые политические и экономические интересы СССР на Востоке, Советская власть установила здесь особо льготный режим внешней торговли.

Формы регулирования внешней торговли. Регулирование торговли достигается тем, что: 1) ввоз и вывоз осуществляются по плану, соответствующему потребностям народного хозяйства; 2) часть ввоза и вывоза совершается рядом государственных органов, имеющих право самостоятельного выхода на внешние рынки; но они могут совершать свои операции лишь на основании специальных разрешений — лицензий (см.); 3) ввозимые товары, а также некоторые из предметов вывоза облагаются таможенными пошлинами.

Развитие внешней торговли в СССР. В 1913 общий оборот внешней торговли России достиг 2.894,2 млн руб., причем вывоз значительно превышал по своей ценности ввоз. Во время мировой войны оборот В. т. России непрерывно уменьшался. Экспорт 1916 был приблизительно в семь раз меньше довоенного. Гражданская война, интервенция и блокада свели В. т. почти к нулю. В 1918 весь привоз не достигал 60 млн руб. и вывоз — только 7½ млн руб. В 1919 экспорта вообще не было, а ввоз достигал примерно только ½ млн рублей. В. т. начинает восстанавливаться только с момента снятия блокады. Постепенная ликвидация последствий неурожая и проведение в жизнь новой экономической политики приводят к росту оборотов советской В. т. (см. след. диаграмму).

В первые годы советской В. т. экспорт преимущественно состоял из сырья животного происхождения, так как результаты голода не позволяли вывозить предметов питания и общая разруха в народном хозяйстве не давала возможности производить в достаточном количестве промышленное сырье. Начиная с 1923/24 г восстанавливается хлебный экспорт, и в составе вывоза появляются масло, яйца, лен, нефть и т. д. Изменяется с этого года также и характер импорта. Из него выпадают потребительские и продовольственные товары, и, в связи с поставленной Советской властью задачей индустриализации страны, импорт по своему составу непрерывно изменяется в сторону резкого возрастания доли товаров, необходимых для развития нашей промышленности. В 1926/27 количество ввозимых орудий производства составляет более 9 /10 стоимости всего ввоза.

Участие отдельных стран во внешней торговле СССР. После окончания блокады внешняя торговля начала восстанавливаться через посредство окраинных государств. По мере развития внешних сношений между СССР и иностранными государствами растет также число участников в советском товарообмене.

Особенно велико было значение подписания торговых договоров с той или другой страной. Торговый договор 1) дает правовую форму всему экономическому и гражданскому обороту между СССР и соответствующей страной; 2) оформляет положение торгового представительства СССР, предоставляя ему условия работы, при к-рых оно может совершать свою деятельность в более или менее нормальных формах; 3) по своим договорам СССР получает наибольшее благоприятствование (см.), то есть приравнение во всех правах к прочим странам, тоже заключившим с данным государством торговые договоры и получившим при этом какие-либо особые льготы. Таким образом СССР становится в почти равные условия конкуренции на рынках этого государства; 4) торговые договоры дают возможность получить некоторые скидки с таможенного тарифа той страны, куда мы посылаем экспортные товары. Распределение (в %) экспорта СССР по главным странам-потребительницам видно из след. таблицы:

Страны 1913 1924/25 1925/26 1926/27
Великобритания 17,8 31,2 28,7 25,8
Германия 29,9 15,6 16,6 21,9
Латвия 11,2 9,4 7,4
Франция 6,7 4,0 5,9 7,0
С .-А. С. Ш 0,9 5,0 4,5 3,0
Персия 3,8 5,1 5,2 5,6
Италия 4,8 2,8 4,9 4,9

Наибольшую роль в вывозе СССР играют Великобритания и Германия. Колебание, наблюдающееся в распределении нашего вывоза, иногда объясняется политическими причинами.

Распределение (в %) импорта СССР по главным странам видно из след. таблицы:

Страны 1913 1924/25 1925/26 1926/27
Великобритания 12,6 15,3 17,1 14,2
Германия 47,5 14,2 23,2 22,7
С .-А. С. Ш 5,8 27,9 11,1 20,4
Франция 4,1 1,3 2,6 3,1
Персия 3,2 7,2 5,8 5,7
Китай 5,5 2,3 4,1 4,2
Египет 0,4 3,2 3,5 2,9
Австрия 2,6 1,5 3,0 2,8

На распределение В. т. СССР по странам оказывают сильное влияние также кредиты, предоставляемые в целях развития торговых отношений с другими странами.

Роль СССР в мировой торговле. Доля участия СССР в мировой торговле (в процентах):

1913 1924 1925 1926
В мировом импорте 3,47 0,83 1,31 1,14
В мировом экспорте 4,19 0,95 1,03 1,29

Некоторые из советских экспортных товаров: занимают монопольное или преобладающее положение на мировом рынке (платина, лен, ячмень, пушнина и т. д.). Имеют большое значение также сравнительная близость советских товаров к европейским рынкам и проистекающая отсюда дешевизна фрахтов-

Доля СССР в торговле главнейших стран (в %).

Страны 1901-13 1924 1926
ИМП. ЭКСП. ИМП. ЭКСП. ИМП. ЭКСП.
Англия 5,7 4,0 1,6 1,2 1,9 1,6
Германия 15,2 7,6 1,4 1,4 3,0 2,7
Соединен. Шт. (1910—14) 1,1 1,1 0,22 0,90
Франция (1913) 5,4 1,2 0,27 0,07 1,15 0,42
Италия 6,4 2,0 0,77 0,13 2,03 1.26
  • Красин Л. Б., Внешняя торговля СССР, М., 1924;
  • его же, Пределы оперативной работы внешторгов (Должен ли торговать Нарком-внешторг), М., 1924;
  • Кауфман М. Я., Организация и регулирование внешней торговли России, М., 1925;
  • Ламбров Й. И., Международная торговля и участие в ней СССР (журнал «Вопросы торговли», № 2—3);
  • Петряков И. П., Внешняя торговля и народное хозяйство СССР, под ред. и с пред. Н. Б. Эйсмонта, М., 1927;
  • Внешняя торговля по Европейской границе (стат. обзор) — выпускается Гл. тамож. управ.

А. Зонненштраль-Пискорский.

В статье воспроизведен текст из Малой советской энциклопедии.

Источник

RSSПолитическая география Южного Кавказа

Фото

Советская экономика периода формирования (1917-1940) — ВВП, сельское хозяйство и внешняя торговля

Я уже опубликовал два материала касательно раннего периода СССР, где обобщил ряд сведений.

Но по этой теме осталось еще немало материалов, поэтому пойдем дальше.

ВВП Российской империи/СССР, на душу населения

Даже неэкономисты уже давно привыкли к термину «ВВП» или валовый внутренний продукт. Это слово часто упоминают в качестве синонима или вместо слова «экономика» применительно к той или иной стране. ВВП на душу населения чаще всего принимают как показатель уровня жизни – и это совершенно неправильно. Структура ВВП может быть различной и единственное о чем может говорить ВВП на душу населения это уровень развития экономики или даже скорее ее производственной части.

Читайте также:  При таблица маркировки сопротивлений

С Советским Союзом и в этом вопросе все было сложнее. В СССР не использовалось понятие ВВП (или ВНП, как тогда он назывался с некоторыми различиями в методологии). Вместо этого использовалось понятие «народного дохода», позже – «национального дохода». Также впоследствии советские системы национальных счетов расширялись и включали в себя новые показатели, такие как совокупный общественный продукт и так далее. Однако эти показатели не могли дать адекватной замены ВВП и сравнивать СССР с западными странами всегда было проблемным.

Изначально в СССР национальный доход использовался по той причине, что в начале ХХ века этот показатель был более распространенным, а ВНП еще не был изобретен и распространен. Однако потом это начало превращаться в анахронизм, когда на фоне развития экономической теории, социалистический блок продолжал вплоть до конца 1980-ых гг. пользоваться показателем национального дохода. С 1950-ых гг. в СССР нашли этому обоснование и пользовались им довольно долго – а обоснование было в следующем – социалистическая экономика не построена на прибыли, а поэтому использовать добавленную стоимость ей не следует.

Но отличие от рыночной экономики заключалось в том, что прибыль забирает не частник, а государство. В действительности, прибыль в социалистической экономике была и государство старалось сохранять ее на приличном уровне, хотя со временем, по мере дряхления экономики, все больше секторов приходилось дотировать, поскольку они становились убыточными, затем – планово убыточными. Как бы там ни было, говоря о политическом устройстве СССР, я сказал, что наибольший вклад в него внес И. В. Сталин в 1929 году. То же самое можно сказать и об экономике. Советская экономика при Сталине быстро развивалась, хотя в предыдущей статье я показал, что большая часть развития уходила в один и тот же сектор – тяжелой промышленности (включая военную промышленность). Поэтому все это развитие было достаточно уязвимым, а в процессе распада СССР значительная часть экономического потенциала была потеряна. См. также:

Тем не менее, в 1990 году ВВП СССР все же рассчитали, причем сразу за 20 прошедших лет – и на официальном уровне. Однако на протяжении десятилетий такие расчеты делали западные экономисты (на основании натуральных показателей производства в различных секторах). И эти оценки советскому руководству были известны, причем их принимали очень всерьез на самом высшем уровне.

График 1. Динамика ВВП на душу населения Российской империи / СССР и Японии (для сравнения)

Источник : Maddison Project Database, version 2018. Bolt, Jutta, Robert Inklaar, Herman de Jong and Jan Luiten van Zanden (2018), “Rebasing ‘Maddison’: new income comparisons and the shape of long-run economic development”, Maddison Project Working paper 10
Примечание : Единица измерения – доллары , по паритету покупательной способности , в ценах 2011 года

Приведем также цифры в виде таблицы, чтобы их было удобнее использовать.

Таблица 1. ВВП России/СССР в сравнении с Японией, по паритету покупательной способности

Россия/ Япония, раз

СССР/ Япония, раз

Приведенные выше оценки взяты из базы данных исторической экономики Ангуса Мэддисона, где собрано значительное количество данных по историческим экономикам и исторической демографии стран мира. См. также:

Цена индустриализации

Возвращаясь к роли Сталина в советской экономике, скажу, что основная суть дебатов по этой теме заключается не в том, был ли прогресс или нет, понятно, что технический прогресс был серьезный, была урбанизация и так далее, но каким был этот прогресс по форме и содержанию. Например, является ли урбанизация достижением априори или нет? Я считаю, что нет, поскольку важно то, каким образом она была достигнута. В Советском союзе она была достигнута насильственными методами, борьбой с деревней. В демографическом смысле города обычно поглощают избыточный естественный прирост сел и в первых двух фазах демографического перехода растет одновременно и городское, и сельское население, но городское растет опережающими темпами. Я это показал на примере Лондона и Англии позднего Средневековья/Нового времени. См.:

В третьей фазе сельское население стабилизируется в численности, а прирост городского дополнительно ускоряется за счет более интенсивного перетока населения из села. И уже в четвертой фазе, когда естественный прирост сельского населения невелик, а городского – вообще отрицателен – города продолжают расти за счет уменьшения численности населения сел. Однако не так было в СССР. Из-за гражданской войны, коллективизации, голода и сверхналогов («нечто вроде дани»), сельское население сокращалось огромными темпами, в том числе по причине того, что сельчане бросали все свое хозяйство и бежали в города. Часто говорится, что это нормально, поскольку в городах распространены сектора экономики с более высокой добавленной стоимостью, поэтому это естественно. Действительно, существует естественный процесс эмиграции из села в город. Но в Советском союзе этот процесс не был естественным. И разгром села – это и есть самая главная плата за индустриализацию, что Сталин установил как принцип в самом начале.

Итак, споры о том, нужен ли был Сталин для экономического развития России, не утихают уже давно. Скажу прямо – большинство публикаций, которые я встречал, стоят на позиции, что да – нужен был. Часто эти тексты выходят из-под пера не-экономистов, но не всегда. Те, кто считают, что Сталин не нужен был для экономического рывка России, в научном сообществе скорее в меньшинстве, но их тоже не так уж и мало. К примеру , см . Cheremukhin, Golosov, Guriev, Tsyvinski – Was Stalin necessary for Russia’s economic development?

Основную суть этого спора я уже обрисовал, но здесь есть большая проблема, которая заключается в том, что представители обоих групп без каких-либо исключений (по крайней мере, я таких не встречал), основываются в своей аргументации на ценностных суждениях. Ценностные суждения эти основываются не только на принадлежности к лагерю либералов или коммунистов, правых или левых, борцов за права человека или сталинистов, это разные школы в экономике, разные подходы к развитию, разное образование, разный стиль мышления и понимания истории – и все это приводит к такому разнобою в оценках, хотя, казалось бы, такие вопросы рано или поздно должны получить свой ответ.

Это серьезная проблема и я должен признать, что мои суждения в этом вопросе тоже носят ценностный характер. Вероятно, Сталин – такая фигура, которая еще долго не позволит кому-то, по крайней мере, на постсоветском пространстве, полностью нейтрально оценить то, что происходило. Однако судите сами, насколько мнение о том, что Россия развивалась бы и без Сталина обоснованно, если в период индустриализации Российской империи (1896-1913 гг.) средний рост промышленного производства составлял 7.37% в год (см. Бокарев. История развития промышленности России в конце XIX — XX вв.), а в период индустриализации СССР с 1929 по 1955 год – 7.79% (использованы западные оценки, представленные в предыдущем тексте). И это при том, что в СССР все усилия государства были направлены на наращивание промышленности, тогда как в Российской империи это делалось не только усилиями государства, но и во многом частниками и иностранными инвесторами.

Я неслучайно привел для сравнения с СССР Японию – дело в том, что именно с ней сравнивают 4 автора, утверждающие, что у Царской России перед революцией вполне были неплохие перспективы для развития, и революцией они были прерваны. На графике выше мы это видим вполне отчетливо. Казалось бы, Российская империя продемонстрировала не очень существенный прогресс в первые 16 лет века, но стоит учитывать, что на эти годы пришлась Первая русская революция, Русско-Японская и Первая мировая война, как все начинает выглядеть иначе. В любом случае каждый читатель наверняка сделает свой вывод относительно того, какими были результаты, и какая цена была уплачена за советский эксперимент.

Национальные счета, темпы роста. Разные оценки. Еще раз к вопросу о точности советской статистики

Я уже говорил о том, что советскую статистику подозревают на неточность, и даже в самом СССР население этим цифрам не очень верило, так как многие знали как они были получены – приписки и фальсификации были очень даже в ходу. Однако все не так просто – приписки могут повлиять на индекс только один-два раза, потом приписки остаются в базе и либо надо увеличивать приписки, что делать бесконечно невозможно, либо индексы будут более-менее адекватными.

Что касается фальсификаций, то и тут не все однозначно. С одной стороны, в государстве с плановой экономикой, где план официально публикуется и за него несут ответственность все, в том числе, высшее руководство, есть множество стимулов к искажению статистики. С другой стороны, искажение статистики – очень скользкий путь, поскольку идя по нему, легко ошибиться – ведь тут либо двойная бухгалтерия, либо самообман.

Долгое время на Западе считали, что в СССР используется двойная бухгалтерия, но после Второй мировой войны выяснилось, что это не так. Причиной этому стало обнаружение «Смоленского архива» — архива Смоленского областного комитета ВКП (б), захваченного немецкими войсками в 1941 году. Обычно партийные архивы удавалось вывезти или в крайнем случае уничтожить, но в Смоленске это сделать не успели, поэтому архив был захвачен немцами, ряд документов были использованы в пропагандистских целях. В мае 1943 года архив был вывезен в Вильнюс, затем в Польшу, а в 1945 году большая часть была вывезена в Баварию. Из Польши советские войска эвакуировали документы обратно в Смоленск, а из Баварии его вывезли американцы. В 2002 году Смоленский архив был возвращен в Россию.

Читайте также:  Диета при подагре таблица продуктов что можно

Как оказалось, данные, используемые в секретных документах, и открыто публикуемые данные, отличались только в количестве и разнообразии, но не по значению. Это означало, что официальные советские статистические публикации достоверны, по крайней мере, с позиции советских властей. Тем не менее, оказалось, что они рассчитываются неточно. С тех пор в США и других странах Запада (а с 1990 года и в самой России) проводятся исследования по уточнению советских показателей.

На графике ниже вы можете увидеть отличия между официально публикуемыми и альтернативными оценками динамики советской экономики.

Источники : Maddison Project Database, version 2018 . Bolt, Jutta, Robert Inklaar, Herman de Jong and Jan Luiten van Zanden (2018), “Rebasing ‘Maddison’: new income comparisons and the shape of long-run economic development”, Maddison Project Working paper 10;
Easterly, William and Stanley Fisher, » The Soviet Economic Decline: Historical and Republican Data » World Bank Policy Research Working Paper Number 1284, April 2001. Also published in the World Bank Economic Review 9(3): 341-371, 1995.
СССР за 15 лет . Статистические материалы по народному хозяйству. 1932.
Примечание: все цифры приведены в % к предыдущему году

Таблица 2. Средние темпы роста национального продукта (дохода) СССР по выбранным периодам, по разным оценкам, в %

Источник



Обзор экспорта СССР в период голода 1930-1934гг.

Согласно статистическим сведениям о советском экспорте в 1930 году объем вывоза зерна составил 4,76 млн.т. на сумму 882404 тыс.руб. Зерно стало основной статьей экспорта — около 30% от всего объема. Далее: масло коровье — 10,5 тыс.т. на сумму 46047 тыс. руб.; масло подсолнечное — 2,7 тыс.т. на сумму 3149 тыс.руб.; консервы рыбные/крабовые — 40,4 тыс.т. на сумму 117095 тыс.руб.; лесоматериалы – 7,4 млн.т. на сумму 743461 тыс. руб.; пушнина – 3155 тонн на сумму 336559 тыс.руб.; нефтепродукты – 4,7 млн.т. на сумму 687888 тыс.руб., уголь — 1043 тыс.т. на сумму 31050 тыс.руб.; руда марганцевая — 769 тыс.т. на сумму 57851 тыс.руб.; руда железная — 452 тыс.т. на сумму 16657 тыс.руб., лен — 78,4 тыс.т. на сумму 133609 тыс.руб. и т.д.

1931: зерно — 5,05 млн.т.; масло коровье — 30,9 тыс.т; масло подсолнечное — 22,2 тыс.т.; консервы рыбные/крабовые — 26,9 тыс.т.; лесоматериалы — 2,76 млн.т.; пушнина – 2964 т.; нефтепродукты – 5,2 млн.т., уголь – 1000 тыс.т., руда марганцевая – 742 тыс.т., руда железная – 1119 тыс.т., лен – 79,8 тыс.т. и т.д.

1932: зерно — 1,73 млн.т., масло коровье — 30,9 тыс.т; масло подсолнечное — 35 тыс.т.; консервы рыбные/крабовые — 17,4 тыс.т.; лесоматериалы – 5,68 млн.т., пушнина – 3107 т., нефтепродукты – 6,1 млн.т., уголь – 920 тыс.т., руда марганцевая – 416 тыс.т., руда железная – 342 тыс.т., лен – 82,5 тыс.т. и т.д.

1933: зерно — 1,68 млн.т.; масло коровье — 37,2 тыс.т.; масло подсолнечное — 13,4 тыс.т.; консервы рыбные/крабовые — 22,0 тыс.т.; лесоматериалы – 6,28 млн.т.; пушнина – 3500 т.; нефтепродукты – 4,8 млн.т., уголь – 1011 тыс.т., руда марганцевая – 655 тыс.т., руда железная – 509 тыс.т., лен – 88,0 тыс.т. и т.д.

1934: зерно — 0,77 млн.т.; масло коровье — 37,9 тыс.т.; масло подсолнечное — 21,7 тыс.т.; консервы рыбные/крабовые — 11,4 тыс.т.; лесоматериалы – 6,48 млн.т., пушнина – 3278 т.; нефтепродукты – 4,3 млн.т., уголь – 1169 тыс.т., руда марганцевая – 737 тыс.т., руда железная – 342 тыс.т., лен – 96,3 тыс.т. и т.д.

Уместно напомнить, что пик массовой смертности пришелся на зиму 1932-33гг. Общее количество жертв голода начала 30-х годов большинство профессиональных историков оценивают минимум в 7 млн. Падение валового сбора зерна с началом коллективизации и раскулачивания составило 40%. В 1930 было собрано 83,5 млн. т. зерна, в 1931 – 69,5, а в следующем 1932 – 50,1 млн.т. Примерно на 30-40% упало и поголовье скота, а в Казахстане на все 95%.

Источник

Загадки и мифы советской индустриализации — 2

Профессор Валентин Катасонов о золотом запасе и экспортных доходах СССР в 20-30-е годы

В предыдущей статье мы отметили, что, согласно общепринятой точке зрения, СССР покрывал свои валютные затраты на закупку машин и оборудования для индустриализации за счет экспорта различных товаров. Так ли это? Давайте обратимся к статистике внешней торговли СССР, которая имеется в открытых справочниках и сборниках.

Парадоксы внешнеторговой статистики. Ниже приведена таблица, составленная на основе сборника «Внешняя торговля СССР за 1918-1940 гг.». Цифры экспорта и импорта этого сборника существенно отличаются от довоенной статистики, потому что все пересчитано в рубли образца 1950 года. Напомню, что согласно Постановлению ЦК и Совета министров СССР, принятому в начале 1950 года, советский рубль привязывался к золоту (до этого его курс определялся по отношению к доллару США). Золотое содержание рубля определялось 0,222 г (округленно).

Табл. 1. Внешняя торговля СССР (млн. руб.; по курсу рубля 1950 г.)

Сальдо внешней торговли

1913*

5298

4792

+506

1920**

5

32

-27

1924-1928

11219

12152

-933

1929-1933

13389

14278

-889

1934-1938

6154

4834

+1320

1939-1940

1528

1836

-308

1929-1940

21071

20948

123

Источник: Внешняя торговля СССР за 1918-1940 гг. (Статистический обзор). М.: Внешторгиздат, 1960.

Отрезок времени 1924-1940 гг. мы разделили на периоды: 1) 1924-1928 гг. (пятилетие до начала индустриализации); 2) 1929-1933 гг. (первое пятилетие индустриализации); 3) 1934-1938 гг. (второе пятилетие индустриализации); 4) 1939-1940 гг. (предвоенный период индустриализации). По каждому периоду рассчитали среднегодовое значение соответствующего показателя.

Какие заключения можно сделать из приведенной таблицы?

За весь период индустриализации (1929-1940 гг.) внешнеторговый оборот СССР оказался сбалансированным. Сальдо внешнеторгового баланса за этот отрезок времени даже было положительным: 123 млн. руб. Да, в первое пятилетие индустриализации было значительное отрицательное сальдо (минус 889 млн. руб.), но оно было компенсировано положительным сальдо во второе пятилетие индустриализации (плюс 1320 млн. руб.). Видимо, в первое пятилетие индустриализации приходилось прибегать к таким средствам, как оплата золотом из резервов или кредитам. Но мы уже говорили, что накануне первой пятилетки золота в казне почти не было, поэтому, скорее всего, имели место кредиты и займы. А во второе пятилетие СССР занимался погашением своих внешних долгов. Перед войной (1939-1940 гг.) опять возникло отрицательное сальдо (минус 308 млн. руб.). Вероятно, эта «дырка» в балансе закрывалась кредитом, полученным от Германии. Итак, вроде бы все понятно, все объяснимо. Кажется, можно поставить на этом точку и ответить утвердительно на поставленный выше вопрос: Да, СССР покрывал свои валютные затраты на закупку машин и оборудования для индустриализации за счет товарного экспорта. Но полной уверенности в том, что это верный ответ все равно нет. По той причине, что цифры торгового баланса СССР не «бьются» с миллиардными сметами строек социалистической индустриализации.

А параллельно возникают новые вопросы. Во всех книгах пишут, что индустриализация началась с принятием первого пятилетнего плана. Его реализация началась в 1929 году. А что мы видим в таблице? В пятилетие 1929-1933 гг. стоимостной объем экспорта увеличился по сравнению с предыдущим пятилетием (1924-1928 гг.) всего на 19%, а импорта – на 17,5%? Разве такие приросты экспорта-импорта могли обеспечить индустриализацию? Но может быть, пик индустриализации пришелся не на первую, а на вторую или третьи пятилетки? Однако цифры внешнеторговой статистики за периоды 1934-1938 гг. и 1939-1940 гг. говорят об обратном. Стоимостной объем экспорта во втором пятилетии (1934-1938 гг.) оказался ниже, чем в первом (1929-1933 гг.) в 2,2 раза, а импорта – почти в 3 раза. Даже на фоне периода 1924-1928 гг. снижение по экспорту было двукратным, а импорту – в 2,5 раза. Большинство авторов, пишущих об индустриализации, вообще не интересуются внешнеторговой статистикой, поэтому искать у них объяснения подобного рода парадокса бесполезно.

Версии и толкования статистических данных. Какие могут быть версии и толкования приведенной статистики?

1. Имеются признаки того, что индустриализация началась не в 1929 году, когда стартовала первая пятилетка, а на несколько лет раньше. Если судить по внешнеторговой статистике, то аж с 1925 года. Мы помним, что в указанном году И.Сталин на 14 съезде партии впервые озвучил лозунг индустриализации. Но, во-первых, это был лишь лозунг. Не было тогда не только намеков на пятилетние планы, не было даже утвержденных отраслевых программ (имелись лишь различные наброски, проекты, которые постоянно пересматривались). Во-вторых, съезд проходил в самом конце 1925 года (в декабре). А экспорт и импорт в 1925 году, между прочим, был на уровне 1932 года и намного больше, чем в любой последующий год вплоть до начала войны. Моя точка зрения о том, что индустриализация могла начаться за несколько лет до торжественного старта первой пятилетки не является уникальной. Правда, ее разделяют не представители официальной науки, а некоторые пытливые блогеры (См., например: «Сталинская индустриализация II»).

2. Основная нагрузка индустриализации пришлась на первую пятилетку. Отчасти на период 1924-1928 гг. Если судить по внешнеторговой статистике, то «пик» пришелся на 1931 год. Начиная с 1933 года вплоть до начала войны годовые объемы экспорта и импорта находились на уровне 1924 года. Как это могло быть, если во второй и третьей пятилетках руководители народного хозяйства рапортовали чуть ли не каждый день о введении в строй новых предприятий? Согласно официальной статистике, в первую пятилетку было построено 1500 предприятий. Следовательно, на период с 1934 года до начала войны приходится: 9000 – 1500 = 7500 предприятий.

Читайте также:  Как определить размеры таблицы excel

Мои оппоненты могут сказать, что нельзя рассматривать импорт СССР в целом. Мол, следует выделить только ту часть импорта, которая работала на индустриализацию. То есть импорт машин и оборудования. – Согласен. Поэтому привожу статистику импорта машин и оборудования, взятого из довоенного сборника.

Табл. 2. Импорт машин и оборудования СССР в 1920-30-е гг.

Доля в общей стоимости импорта, %

Данные табл. 2 не вполне сопоставимы с данными табл. 1. В данной таблице стоимостные показатели рассчитываются исходя из текущего курса советского рубля по отношению к другим валютам.

Источник: Внешняя торговля СССР за 20 лет. 1918-1937 гг. Статистический сборник. М.: В/О «Международная книга», 1939, с.18.

Из табл. 2 наглядно видно, что на отрезке времени 1923-1937 гг. «пиковым» оказался 1931 год. Также видно, что масштабные поставки машин и оборудования начались еще в 1928 году. А самым «ударным» периодом оказалось пятилетие 1928-1932 гг.: общий импорт машин и оборудования в этот период составил 9694 млн. руб., т.е. почти 5 млрд. долл. (в золотом эквиваленте – около 7,5 тыс. т металла). Далее происходит достаточно резкий спад импорта машин и оборудования. Также видно, что в период 1930-1933 гг. произошло резкое увеличение доли машин и оборудования в импорте (более половины), после чего эта доля вышла на уровень, который был в 1920-е гг.

Кстати, данные таблицы также работают на озвученную выше версию, что отсчет индустриализации можно вести не от 1929 года, а от 1925 года: импорт машин и оборудования в 1925 году вырос более, чем в 2,5 рза по сравнению со средним уровнем 1923-1924 гг.

Сумели ли мы создать «производство средств производства» после первой пятилетки?
Официальное объяснение такому резкому спаду импорта машин и оборудования таково: к концу первой пятилетки СССР сумел создать костяк импортозамещающих предприятий, в том числе тех, которые производили машины и оборудование. Возникла группа отраслей, которую принято называть группой А – производство средств производства. Вот что по этому поводу пишет Дмитрий Верхотуров: «Максимум торговой активности Советского Союза на внешнем рынке пришелся на 1931-1932 годы, когда достигли своего максимума и экспортные, и импортные операции. Потом, когда заработала новостроечная промышленность, когда нужда в опоре на заграничные поставки отпала, торговая активность резко пошла вниз. И коренным образом изменилась структура торговли. Если раньше экспортировалось сырье, то в 1934 году Советский Союз стал экспортировать машины и оборудование» (Верхотуров Д. Сталин против Великой депрессии. Антикризисная политика СССР. М.: Алгоритм, 2009, с. 350).

Отчасти я согласен с Верхотуровым. В начале 1930-х гг. был заложен фундамент тяжелой промышленности. Но в первую очередь, это были электростанции, металлургические комбинаты, предприятия по добыче нефти и угля, нефтеперерабатывающие заводы, тракторные и автомобильные гиганты. Повысилась доля машиностроения в общем объеме промышленного производства СССР. По оценкам Госплана СССР, в 1913 году в Российской Империи эта доля была равна лишь 6,8%. В 1929 году она уже составила 11,2%, а в 1932 года возросла до 19,6% (Социалистическое строительство Союза СССР (1933-1938 гг.). М-Л.: Госпланиздат, 1939, с. 66. Кстати, в 1937 году доля машиностроения в промышленном производстве СССР возросла до 25,5%, что было уже сопоставимо с аналогичным показателем США). Но этот прирост был обеспечен в первую очередь за счет такого машиностроения, как производство тракторов и сельскохозяйственных машин, автомобилей, паровозов и подвижного состава. Производство станков, энергетического оборудования, электрических машин и других средств производства даже в конце первой пятилетки все еще характеризовалось очень скромными масштабами.

Заявление Д.Верхотурова о том, что «в 1934 году Советский Союз стал экспортировать машины и оборудование», конечно, является перебором. Было бы корректнее сказать, что по ряду товаров в конце первой пятилетки мы стали обходиться без импорта. Какие-то признаки экспорта машин и оборудования появились лишь в конце второй пятилетки. После двух первых пятилеток произошло почти полное прекращение импорта по таким товарам, как тракторы, автомобили, чугун, сельскохозяйственные и текстильные машины, швейные машины, магнезит, асбест, химические удобрения, цемент и т.д. По некоторым из названных товаров СССР успел даже превратиться в символического экспортера, но уже в конце второй пятилетки.. Например, в 1929 году СССР ввез из-за границы автомобилей (и частей к ним) на сумму 54 млн. руб. В 1937 г. СССР уже вывез автомобилей на 24 млн. руб. По химическим удобрениям в 1929 г. имел место импорт на 50 млн. руб., а в 1937 г. уже был зафиксирован экспорт на сумму 29 млн. руб. и т.д. (Внешняя торговля СССР за 20 лет. 1918-1937 гг. М.: В/О «Международная книга», 1939, с. 19). Партийная пропаганда того времени фиксировала каждый случай выхода СССР на мировой рынок с новым видом промышленной продукции, но присутствие нашей страна на мировом рынке часто было чисто символическим.

Хотя и медленно, но под влиянием индустриализации товарная структура советского экспорта стала меняться. В 1913 г. на долю машин и оборудования в экспорте Российской империи приходилось всего 0,2%. В 1928 г. этот показатель был и того меньше – 0,1%. А вот в 1938 году уже 5% советского экспорта приходилось на машины и оборудование (Народное хозяйство СССР за 1913-1956 гг. Краткий статистический сборник, с. 145). Отметим, что в полной мере созданный промышленный потенциал страны проявился в товарной структуре экспорта СССР лишь после второй мировой войны. В 1950 г. доля машин и оборудования в экспорте была равна уже 16,3%, а в 1954 г. поднялась до 21,5% (Там же, с. 145).

Но вернемся к импорту. Конечно, для страны было большим облегчением, что уже можно было обходиться без закупок стали, цветных металлов, нефтепродуктов, многих видов химикатов, тракторов и другой сельскохозяйственной техники, различных полуфабрикатов. Приведу в качестве иллюстрации следующую табличку

Табл. 3. Импортные закупки для удовлетворения потребностей советской промышленности (млн. руб.)

Машины и оборудование

Полуфабрикаты и вспомогательные материалы


Источник:
Внешняя торговля Союза ССР за первую пятилетку (1928-1933 гг.). Статистический обзор. Под ред. А.Н.Вознесенского и А.А.Волошинского. М.: Внешторгиздат, 1933, с. 11.

Еще в 1929 году из всех импортных закупок для нужд промышленности на машины и оборудование приходилось лишь 29%. В 1932 году эта доля подскочила до 67%. Высвободились очень крупные валютные ресурсы для закупок машин и оборудования производственного назначения. Потребность в них была по-прежнему очень острой. В 1929 году, например, металлорежущих станков в СССР было произведено 3,8 тысячи. В 1932 году их было произведено уже 15 тысяч. Вроде бы внушительный, четырехкратный рост. Но это все равно была капля в море. В 1937 году было уже 36 тысяч станков. Но и этого было крайне мало. Лишь к началу войны удалось закрыть «дыры» по многим видам металлообрабатывающих станков. Но не всем. Так что потребности в импортном оборудовании сохранялись до самого начала войны. Достаточно посмотреть на торгово-экономическое соглашение между СССР и Германией, заключенное в августе 1939 года, чтобы увидеть, что нам в Германии нужны были сложные виды машин и оборудования, которых в стране вообще не производилось. Так что «нужда в опоре на заграничные поставки» не отпала (вопреки утверждению Д.Верхотурова). Изменилась лишь структура нашего импортного спроса. А спрос этот упирался в ограничения двух видов: политические (ограничения и запреты на продажу большевикам западными странами машин и оборудования, особенно высокотехнологичных) и финансовые (наличие у нас золота и валюты для закупок).

Об этих ограничениях и о том, как Сталин их преодолевал, – в следующих моих публикациях.

Валентин Катасонов, доктор экономических наук, профессор, председатель Русского экономического общества им. С.Ф.Шарапова

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА — УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия «Насилию.нет»»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр).

Источник